Историю заказывали?

Российская власть пытается решить сегодняшние проблемы с помощью прошлого Президент Путин заявил о своем недовольстве тем, как в российских школах преподают историю, и призвал создать новые учебники для школьников разных возрастов, основанные на общих принципах преподавания.

Первый принцип, на котором настаивает глава государства: в новых учебниках должны быть исключены внутренние противоречия и двойные толкования исторических событий. Для российских детей будет лучше, если в школе им предложат более однозначные трактовки прошлого.

Второй принцип, озвученный президентом, состоит в том, что уроки истории должны непременно способствовать воспитанию уважения народов России друг к другу. Необходимо всячески подчеркивать их общий позитивный вклад в развитие страны, постоянно напоминать, что, как заметил Путин, «судьба России созидалась единением разных народов, традиций и культур».

Президентские пожелания были дружно одобрены членами Совета по межнациональным отношениям, на встрече Путина с которыми они были озвучены.

Согласно известному афоризму, историю пишут победители. Но комментаторы «Свободной прессы» опасаются, что в результате реализации путинских представлений о правильном преподавании истории победителей не будет. И школьники, и власть могут в итоге оказаться проигравшими.

— Разрабатывать учебники нового поколения необходимо. И в них нужно объективно отразить роль тех или иных народов в истории нашего государства, — уверен член комитета по делам национальностей Государственной Думы, доктор исторических наук Руслан Гостев.

— Но стремится ли власть к настоящей объективности в этом вопросе? Если да, то прежде всего в учебниках истории должна быть подчеркнута государствообразующая роль русского народа. Это основополагающий вопрос, и, если он игнорируется, говорить о верном понимании истории страны невозможно. А сегодня он именно игнорируется, замалчивается – и в образовательных программах, и в самой государственной идеологии.

«СП»: — Работой над новыми учебниками должно заниматься Министерство науки и образования?

— Есть известная мысль: в России все самое лучшее происходит по недосмотру власти. Сегодня это особенно актуально. И если разработкой новых учебников будет заниматься нынешнее Минобрнауки, то результат окажется плачевным. Не хотелось бы доверять разработку новой концепции исторического образования таким чиновникам, которые занимаются, по сути, разгромом всей образовательной отрасли.

Серьезным ученым это можно доверить. Но в Министерстве их нет. А среди представителей научной среды фаворитами власти чаще всего оказываются приверженцы либеральных концепций. Их убеждения сводятся к тому, что в истории России нет ничего уникального, ничего по-настоящему ценного. Она чуть ли не хуже, чем история всех других государств. Не удивлюсь, если новые учебники будут транслировать именно такую идеологию – независимо от того, что подразумевал сам президент.

«СП»: — Существует распространенная точка зрения, что Путин и его окружение как раз стремятся к максимальной реабилитации прошлого страны, в том числе и советского. И хотят, чтобы это отразилось в школьной программе.

— Критика советского периода в исторической науке и в историческом образовании выполняет сугубо идеологическую роль. Она выгодна правящей элите, и к стремлению к исторической правде это не имеет никакого отношения. Решается очевидная пропагандистская задача: сконцентрировать внимание подрастающего поколения, не имеющего опыта жизни, в советскую эпоху и возможности сравнить ее с нынешней, на ошибках и ужасах прошлого. Разве сегодня ужасов меньше? Их больше. Но тенденциозная интерпретация советской истории помогает убедить в том, что прошлое страны хуже настоящего. И тем самым смягчить, скорректировать критическое восприятие сегодняшней реальности. Вряд ли здесь что-то изменится при нынешней системе.

«СП»: — Возможно ли появление в новых учебниках истории более подробных и критических трактовок событий начала 90-х – распада СССР, силового решения конфликта исполнительной и законодательной власти в октябре 93-го?

— Нынешняя власть по-прежнему не готова признать правду о тех событиях. Ведь она наследует эпохе 90-х, нынешняя система сформировалась во многом благодаря тем историческим трагедиям, которые случились тогда. Некоторые политические деятели, входящие во властную элиту, могут критически отзываться о 90-х, когда им это выгодно, когда, опять же, есть повод подчеркнуть, что тогда было хуже, чем сегодня. Но детей в школах учат тому, что, по сути, тогда все было сделано правильно, что деятельность Ельцина и его окружения вполне позитивна. И распад СССР – это абсолютно закономерное событие, тоже позитивное, в сущности. А нынешняя Конституция появилась не в результате разгрома демократии и расстрела парламента в 93-м, а исключительно по воле общества и при его всесторонней поддержке. На то, что в новых учебниках будет сказана правда о новейшей истории России, надеяться можно в последнюю очередь.

Историк Ярослав Листов рассказал «Свободной прессе» о том, как в период президентства Ельцина, а затем Путина происходила эволюция трактовок российского прошлого, которую он наблюдал на собственном преподавательском опыте.

— При раннем Ельцине, в самом начале 90-х, из учебников было просто вымарано все, что касалось роли большевиков и коммунистической партии. Остались только скупые упоминания о том, что в октябре 1917 в стране произошел переворот. Слово «революция» упоминать вообще перестали. О революционных событиях писали как о вылазке кучки авантюристов, ничего не говоря при этом ни об их идеологии, ни о том, какую роль в этих событиях играло российское общество. Последующие периоды советской истории освещались крайне скупо и невнятно. По этим учебникам вообще было трудно понять, что в стране существовала коммунистическая партия.

Во второй половине 90-х появились другие учебники, где очень подробно говорилось о «красном терроре» и политических репрессиях при Сталине. Прежнее игнорирование роли большевистской идеологии сменилось шквалом обвинений по ее адресу. В описании Гражданской войны вопрос о «белом терроре» не освящался вообще. Ничего не говорилось, например, о роли Колчака, на совести которого примерно миллион погибших.

Оценка сталинского периода на протяжении всех 90-х была в учебниках крайне негативной, доминировали утверждения, что главным смыслом индустриализации и коллективизации были репрессии против населения, что сталинский СССР оказался совершенно не готов к войне по вине власти.

Но советская эпоха дискредитировалась и на уроках зарубежной истории. Даже тогда скандал и массовое неприятие вызвал новый учебник истории зарубежных стран, в котором политика Советского Союза целиком сводилась к милитаризму, устрашению зарубежных государств и непрестанной подготовке к нападению на них. Прямо утверждалось, что все основные проблемы ХХ века возникли в мире по вине СССР.

«СП»: — Считается, что при Путине оценка сталинской эпохи в учебниках истории стала более позитивной.

— Определенная ревизия произошла. Репрессии по-прежнему занимают существенное место в описании этого периода. Но роль Сталина в военное время и смысл индустриализации во многом переоценены. Последние учебники Филиппова, по которым, в основном, сейчас учатся в 11-х классах, оценивают сталинское время более взвешенно. Поэтому они вызвали очень нервную реакцию в либеральной среде. Эти перемены во многом произошли под давлением общественности. Множество родителей высказывали свое недовольство тенденциозными, иногда оскорбительными оценками событий 30-х – 40-х годов. Это понимали и в школах, и в Министерстве образования.

«СП»: — А как менялись в учебниках истории за последние 20 лет оценки дореволюционной России?

— Здесь тоже было много спекуляций и курьезов. Уже в начале 90-х изъяли почти все, что связано с массовыми протестами, с народными восстаниями. Дореволюционную эпоху свели к рассуждениям о личностях отдельных монархов. Этот хороший, этот – похуже, тот – абсолютный злодей. Истории народа, по сути, не стало. Осталась история правителей. Революционного движения XIX века не стало тоже.

При этом, например, в учебниках для 6-го класса появились описания, которые нельзя навязывать детям в таком возрасте. О том, как в татаро-монгольский период русским князьям проламывали черепа, отрубали конечности. Откровенно смаковались самые страшные физиологические подробности – просто откровенный трэш, фильм ужасов. Я сам наблюдал, как у детей с живым воображением после прочтения таких учебников возникала нервная реакция, настоящий стресс.

Любопытной была эволюция оценки Петра I при Ельцине и при Путине. В ельцинский период учебники оценивали его крайне негативно, как жестокого диктатора и психически неуравновешенного самодура. С приходом к власти Путина и питерской команды вернулись к трактовке личности Петра, близкой к советской: царь-реформатор, роль в истории сыграл почти исключительно положительную.

Николай II в течение всего постсоветского времени оценивается как добрый, хороший царь. А главная его заслуга, судя по учебникам, в том, что он был хорошим семьянином. Но школьникам остается абсолютно непонятно, почему правление такого замечательного императора спровоцировало в России три революции, почему именно при нем Российская Империя рухнула.

«СП»: — Путин настаивает, что нужно отказаться от многообразия трактовок в историческом образовании. Унификация представлений об истории страны действительно полезна, она на самом деле способствует формированию у граждан общих ценностей, единства нации?

— Вот это как раз вызывает сомнения. Такая концепция преобладала в нашей исторической науке в 70-е и в первой половине 80-х годов. И когда потом открылись шлюзы архивов, данные которых были утрированы и тенденциозно интерпретированы адептами антисоветской идеологии, или просто любителями подменять науку громкими скандалами, это стало шоком для людей, привыкших к лубочной картинке истории. Прежде они верили, что все в нашей истории было прекрасно. А потом их сознанием завладела другая крайность: все, что мы знали прежде – ложь, отечественная история, и особенно советская, отвратительна. По сути, миллионы людей возненавидели историю собственной страны.

«СП»: — Насколько обоснован расчет президента на то, что концепция общего позитивного вклада российских народов в развитие страны поспособствует укреплению межнационального мира?

— Непонятно, что будет подразумеваться под «позитивным вкладом». Как, например, говорить о равном позитивном вкладе русских и татар во времена татаро-монгольского ига?

В некоторых национальных республиках спокойно работают школы, где на уроках истории проповедуется национальная исключительность их коренных народов. История России в угоду этому искажается самым запредельным образом. А русские школы лишаются права отражать, например, очевидную для всех непредвзятых специалистов тему массового коллаборационизма чеченцев, крымских татар или поволжских немцев в период Великой Отечественной войны. О переселении этих народов, о репрессиях против них при этом говорят, но опуская первопричины. Это попросту нечестно.

Межнациональную напряженность нельзя разрядить с помощью «правильных» учебников. Если межнациональные эксцессы ассоциируются у людей с определенными народами, напряженность можно нейтрализовать, только решая актуальные проблемы, породившие ее. А написав в учебнике, сколько эти народы сделали хорошего в прошлом, вы уже ничего не измените в сегодняшнем массовом восприятии. Сегодня официозные трактовки межнациональных проблем сводятся, в основном, к угрозе русского фашизма. Если под такие трактовки будут подгоняться учебники – это страшно. Это будет означать воспитание у большинства детей комплекса национальной неполноценности и навязывание им чувства национальной вины.

«СП»: — Кто же сегодня способен написать хорошие, объективные учебники истории? И какими критериями при этом нужно руководствоваться?

— Самый разумный способ – это собрать ученых из Института истории РАН и действительно разработать учебные пособия, общие для всех российских школ. Но в них должно быть четко обозначено, что такие-то и такие-то темы являются спорными. И различные мнения по этим темам тоже должны быть представлены в учебниках. Основным критерием окончательной оценки, которую может дать преподаватель, должно быть только одно: во вред, или во благо нашей страны пошло то или иное событие, то или иное деяние. Но сами события нужно описывать максимально объективно.

Автор : Андрей Суховеров.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *